Михаил Ларков: Снукером начал заниматься только в 2022 году
Украинец Михаил Ларков в конце января стал триумфатором WSF Junior Championship.
Эта победа позволила 17-летнему снукеристу попасть в мейн-тур, начиная с сезона-2026/27. Михаил стал третьим украинцем в истории, который достиг такого уровня, после Антона Казакова и Юлиана Бойко.
"Чемпион" решил пообщаться с молодым спортсменом. Мы поинтересовались, как снукер появился в его жизни, кто помогал ему дойти до нынешнего уровня, а также узнали о его обучении в Германии и работе над собой.
– Ну, начнем с банального: как вообще снукер появился в твоей жизни?
– Сначала я занимался футболом, даже был в Динамо, кажется, U-10. Потом мне сказали, что для продолжения карьеры нужно переехать в Киев. У нас не получилось это сделать.
Дальше я играл в команде из города, где жил (Шепетовка, Хмельницкая область – прим.), но футбол уже не очень нравился. У папы был бильярдный клуб, в котором он часто играл. Я после тренировок приходил туда и бил шары. Меня это затянуло.
Папа со временем нашел тренера, я начал тренироваться, ездить на соревнования. Играл в разных возрастных категориях – U-10, U-13 – и стал чемпионом Украины среди взрослых еще в 11 лет (речь идет о разновидности бильярда – пирамиде – прим.).
Когда началась война, мы переехали в Германию. Некоторое время думали, что делать дальше, но в Дортмунде нашли бильярдный клуб. Тогда и решили, что можно попробовать играть в снукер.
Там я встретил украинского игрока Георгия Петрунько (он на год старше Михаила – прим.). С тех пор начал играть в снукер, ездить на немецкие турниры. Впоследствии начал выступать на чемпионатах Европы и мира.
Начиналось все не очень удачно. На своем первом чемпионате Европы я даже не вышел из группы. Была такая ситуация, что мой кий не прилетел, и я брал кий у Юлиана (Бойко – прим.).
На втором и третьем чемпионатах были успехи. В возрастной категории U–16 на чемпионате Европы я занял третье место. После этого все и началось. Начал ездить на более сильные турниры, в частности соревнования Q-тур.
В этом году я встретил нового тренера – Кевина Джонстона. Он тренирует Эшли Карти. Он тренирует Юлиана. Мы начали с ним заниматься. Долгое время я тренировался и со своим предыдущим тренером по пирамиде, но он сам говорил, что не лучше чувствует снукер, поэтому нужен другой наставник.
– То есть можно сказать, что ты начал заниматься снукером в 2022-м?
– Я начал летом 2022 года – сначала просто ходил в клуб, смотрел, понравится ли мне снукер.
И, как я уже говорил, там был украинский игрок. Вообще не знаю, как так получилось, что судьба позволила нам пересечься (улыбается – прим.). Мы пришли в клуб, а владелец – немец – говорит, что здесь есть еще один украинец, который тоже играет.
Георгий показывал мне разные упражнения, объяснял, как регистрироваться на турниры. Так я и увлекся снукером.
– Чемпионат мира среди юниоров – какой матч был самым тяжелым и почему?
– Самый важный и сложный матч был в 1/8 финала против шотландца Айана Икбала. Я тогда проигрывал 1:3, и вообще не шла игра, самочувствие было не самым лучшим.
В перерыве я сходил умылся, собрался и сумел выиграть 4:3. Там были очень напряженные фреймы. Мне сильно повезло – он не попал не очень сложный матчбол на розовом шаре. Это точно был самый сложный матч.
После победы были разговоры с тренером о выборе ударов и тактике.
– Хочу остановиться на Ванах. Молодые китайцы получали wild card на домашние турниры. Младший переиграл Бай Юйлу и "помучил" Шона Мерфи. Синьбо обыгрывал Робби Уильямса и давал бой тому же Синьтуну. Подбирал ли ты тактику под них и не было ли дополнительного волнения из–за их регалий?
– Следующая игра была с младшим Ваном. Мой тренер 16 лет тренировал Шона Мерфи, и Мерфи много рассказывал об этом Ване (улыбается – прим.). Возможно, психологически было сложно играть.
О старшем я раньше не слышал и ничего не знал. Но после матча, где я сделал камбэк с 1:3, мне уже было проще. Я чувствовал себя лучше, увереннее.
Видел, что и китайцы меня опасаются. Они приходили смотреть мои матчи. Морально дальше было проще играть.
Финал против Синьбо? Я переиграл его тактически. Он играл агрессивно, а я давал ему мало шансов. Те же возможности, которые он дал мне, я почти все использовал идеально.
– Первые эмоции, когда стало понятно, что ты стал чемпионом мира среди юниоров?
– В первый день ты вообще ничего не понимаешь. Есть только какое-то облегчение – и все. Как будто пробежал марафон и наконец отдыхаешь. Ты еще не осознаешь, что выиграл чемпионат мира и будешь играть в мейн-туре.
Я понял, что выиграл, когда мне начали много писать и поздравлять. А первые минуты после игры... Не знаю, это было как стандартная победа. Типичное ощущение после выигранного матча.
Когда я увидел, что мой тренер заплакал, только тогда осознал, что достиг значительного успеха.
– Есть немало других украинских игроков, которые старше тебя. Удалось ли тренироваться вместе или брать у них советы?
– Мы много общались с Юлианом. Он помогал мне, некоторое время тренировал, я даже приезжал к нему в Польшу.
Денис Хмелевский также помогает мне, играем спарринги.
Да и со всеми другими украинскими игроками общаюсь – все друг другу помогаем.
– Попадание в мейн-тур – это мечта многих. Ты лишь третий украинец, который этого достиг. Еще рано забегать вперед, но какие планы на межсезонье, чтобы улучшить себя и быть готовым к более серьезным вызовам?
– Планирую больше времени проводить в Англии, в различных академиях, играть спарринги с английскими и китайскими игроками.
Чем чаще буду играть с более сильными соперниками, тем больше буду иметь опыта.
– У тебя теперь будет возможность бороться за попадание на различные турниры. На каком больше всего хотелось бы сыграть?
– Я очень хотел бы попасть на какой-то турнир в Китае. Возможно, в Ухане или на Гран-при в Сиане. Было бы здорово преодолеть квалификацию на эти турниры (матчи квалификации проходят в Англии – прим.). Юлиан рассказывал, что там прекрасно принимают игроков, хотелось бы почувствовать это на себе.
Также жду Saudi Arabia Masters – он будет в августе. Там не будет квалификации, так что будет интересно сразу сыграть в основной стадии.
Поскольку и так много турниров в Англии, различные квалификации проходят именно там, то хотелось бы больше путешествовать. Поэтому так – Китай, Саудовская Аравия, Гонконг. Хотелось бы попасть именно туда.
– Тебе только недавно исполнилось 17. То есть ты еще в школе или уже где-то в колледже учишься. Хотя со времен ковида мир привык к дистанционному обучению, но сложно ли совмещать тренировки, выступления и учебу?
– Я учился в гимназии, и там очень строго относились к пропускам. Заканчивал занятия в 13:00 или в 15:00. Потом приходил тренироваться на 4–5 часов – такой график очень утомлял.
Сейчас я перешел в колледж, поэтому стало проще. Отпускают на турниры, не настолько устаешь, потому что и обучение начало отнимать меньше времени.
В Украине с этим было проще, когда я играл в пирамиду. Я приносил в школу справку, что у меня турнир и пропущу несколько дней, – отпускали без вопросов. Иногда даже помогали лучше подготовиться к домашним и контрольным работам.
В Германии все сложнее. Здесь есть закон, по которому до 18 лет нужно обязательно посещать школу. Это мешает и отнимает много времени.
Более того – теперь я буду часто летать в Англию.
– Да, график теперь будет адский.
– Я принесу им календарь турниров – они будут шокированы (улыбается – прим.). Там по 3-4 квалификации в месяц. Если буду проходить их, дальше – основные стадии турниров. Наверное, времени на колледж вообще не останется.
У меня уже есть образование из украинской онлайн-школы. Но в Германии такой закон.
Мы сейчас хотим получить письмо от Джейсона Фергюсона – одного из руководителей WPBSA, – чтобы меня освободили от обязательного посещения. Будем думать.
На любительском уровне это еще было более–менее нормально – турниров не так много. Теперь, когда буду играть в профессиональном туре, будет значительно сложнее. Надо будет летать в Англию, играть и тренироваться.
– Есть ли у тебя снукерный кумир – игрок, на которого равняешься? Возможно, их несколько? Юлиан Бойко, например, выделяет Марка Селби.
– Кумиром у меня всегда был Чжао Синьтун – даже до того момента, когда он получил бан на 1 год и 8 месяцев. Мне нравится его техника, то, как он играет. В целом импонирует китайский снукер и китайские игроки.
Да, Юлиан рассказывал мне, что после спаррингов с Селби видел, что Марк играет словно робот – все четко.
Мой тренер также говорит, что Селби очень универсален, один из лучших в мире. У него все на высоком уровне – позиционная игра, отыгрыши, брейкбилдинг. Так что Синьтун и Селби.
Но Чжао – это больше мой кумир. Когда есть возможность, всегда смотрю его матчи. А за Марком мне больше нравится наблюдать, как он играет, как мыслит и какие решения принимает.
– А как отдыхаешь от снукера?
– Недавно ходил на футбол. На Лигу чемпионов (Речь о – матче Боруссия Дортмунд – Аталанта).
– И как тебе атмосфера? Стадион очень большой. Это не впервые ты посетил игру Боруссии?
– Вообще мы с семьей переехали в Германию, потому что здесь, в Дортмунде, имели друзей. Мы еще до войны приезжали к ним в гости. Именно они и сводили нас на футбол. В то время я очень сильно фанател от Боруссии.
Потом, когда началась война, я прожил в этом городе два года. И часто удавалось ходить на футбол.
Весь город болеет за команду. На матчах Лиги чемпионов был уже много раз.
Ко мне сейчас приехал друг, который раньше играл в пирамиду, поэтому решил сводить его на футбол. Он в восторге – говорит, что такой атмосферы еще не испытывал.
– Снукерист должен иметь отличную технику, сильную психологию и выносливость? Первое можно усовершенствовать часами за столом, а как ты работаешь над другими двумя факторами?
– Вместе с тренером бегаю. У меня есть спортивный шоссейный велосипед. Слежу за велоспортом – мне нравится этот вид спорта. Также слежу за триатлоном.
В зал не хожу – не нравится тренироваться с крепатурой (улыбается – прим.).
Сейчас полностью сфокусирован на снукере. Даже бегаю не так часто. Фактически все свободное время провожу за столом.
С психологической стороны меня поддерживает тренер. Он воспитал многих профессионалов, с Шоном Мерфи работал 16 лет. Он знает, как вести себя в той или иной ситуации, как держать себя в руках, когда выигрываешь или проигрываешь. Он, знаете, такой тренер–психолог.
– Многие недооценивают количество поклонников снукера в Украине, но есть и люди, которые еще не открыли для себя эту игру. Есть возможность объяснить – почему снукер это круто?
– Мне очень нравится этот вид спорта. Немного отступлю от темы – мне вообще не нравятся командные виды спорта. Это одна из причин, почему я ушел из футбола. В снукере все зависит только от тебя.
Конечно, удача тоже играет роль, но главное – тренировки и психология. Все зависит от тебя. Если ты хорошо играешь в снукер – попадешь в тур, будешь побеждать. Здесь все честно.
В футболе немного иначе. Ты можешь быть классным игроком, выкладываться на полную, но если команда не играет с отдачей, побед не будет.
Еще мне нравится, что снукер считается спортом джентльменов, имеет длительную историю и традиции.
– Ну и напоследок вернемся к футболу. Кто из украинских футболистов тебе нравится сейчас, а кто нравился в детстве?
– Сейчас у меня нет времени, чтобы внимательно следить за футболом (улыбается – прим.). Просто увидел, что Боруссия будет играть, поэтому сходил с другом.
Раньше мне нравился Ярмоленко. Я его видел и даже удалось немного пообщаться. Мы, дети из команды, выходили с игроками на стадион.