Ограбленные футболисты, тренеры без зарплат, пытки за протест: чем жил венесуэльский футбол при Мадуро
Военное вмешательство США привело к тому, что президент Венесуэлы Николас Мадуро оказался в Нью-Йорке на скамье подсудимых.
Что будет дальше со страной, которая обладает едва ли не крупнейшими в мире запасами нефти?
И чего ждать ее футболу?
При Мадуро репрессии, протесты и нищета заполонили и спортивную жизнь страны, приведя к печальным и страшным историям.
Чемпион объясняет, почему венесуэльские футболисты не плачут по власти, которой неожиданно не стало.
***
В сентябре 2016 года мировая пресса написала о заштатном ФК Трухильянос.
Была причина!
Автобус с командой остановили на дороге вооруженные крестьяне, чтобы отобрать у игроков мобилки, карманные деньги, оригинальные бутсы; даже магнитолу из автобуса выдернули.
Все это добро они повезли на черный рынок, чтобы купить немного еды.
А футболисты при этом почти плакали, ведь и сами играли за миску супа.
"Венесуэльский футболист, который провел 3-4 сезона в элите и является достаточно известным, зарабатывает 300-400 долларов в месяц, тогда как большинство зарабатывает по 80-100 долларов. Этого недостаточно для жизни. А некоторым еще и платят боливарами! И даже задерживают эти выплаты", – рассказывал колумбийский тренер Уилсон Гутьеррес.
Его воспоминания ужасны.
Бесконечные очереди на заправках, пустые продуктовые магазины, семьи без крыши над головой, голодающие дети, толпы несовершеннолетних проституток – такой была Венесуэла Николаса Мадуро.
На тот момент в стране еще существовала организованная оппозиция, проходили акции протеста.
Власти реагировали жестоко.
Параллельно венесуэльская футбольная лига выживала, хорошо зная, что каждую команду могут остановить, как Трухильянос.
"Больше всего пострадали молодежные академии. У них закончилась экипировка, нечем было кормить игроков, те бежали за границу. Бывало, что парень 14-15 лет подавал огромные надежды, но бросал футбол и уходил торговать на рынок", – сетовал журналист Deportivo 1300AM Альфредо Коронис.
Как и многие другие, он уехал из страны.
Считается, что в 2007-17 годах из Венесуэлы сбежали более 4 млн человек, а потом еще больше. Преимущественно ехали в США, но оседали и в соседних странах тоже, хотя встречали их неласково.
На чемпионате мира U20 в Чили в 2017 году игрок хозяев Николас Диас прокричал венесуэльцу Пабло Бонилье после подката: "Прочь, голодающий!" Впоследствии извинился, но трибуны его поддержали.
Это шок, что на том ЧМ U20 Венесуэла, составленная преимущественно из игроков-беглецов из зарубежных лиг, дошла до финала, где проиграла Англии Фила Фодена, Марка Гехи и Конора Галлахера. Никогда раньше "Ла Винотинто" не поднималась так высоко.
"На это поколение возлагаются большие надежды. Они могут стать "поколением чемпионата мира". Это сделало бы их незабываемыми", – говорил тренер Ричард Паэс.
Однако Кевин Келси – самый яркий в той Венесуэле – звездой и по сей день не стал.
***
Когда та Венесуэла U20 приехала домой отпраздновать хорошее выступление, на стадионе собралось более 20 000 зрителей.
Все наплевали на футбол и только скандировали лозунги против Мадуро:
"Он падет, он падет, это правительство падет!"
Власть знала, что так будет, поэтому прямой трансляции не было; государственное ТВ транслировало встречу президента с генералами.
Тренер сборной Рафаэль Дудамель просил толпу успокоиться и не подставлять под репрессии еще и команду:
"Тише, умоляю вас! Никто не должен красть у ребят их момент славы!"
Но всем было по барабану.
За месяц, предшествовавший встрече футболистов, на улицах погибло не менее 68 человек, которые отчаянно искали еду, лекарства, предметы первой необходимости.
Это началось в 2013 году, когда Мадуро получил от Национальной ассамблеи "чрезвычайные полномочия для построения социализма". Это и звучит-то страшно, а можете представить на практике?
Президент арестовал владельцев и сотрудников магазинов электроники, а их товар распродал за 10% от рыночной цены. Затем последовали аресты и национализация продовольственных супермаркетов, которые, по мнению Мадуро, завышали цены на товары.
Частные инвесторы после этого исчезли навсегда, что обрушило налоговые и таможенные сборы; вместо этого образовался дефицит на все на свете.
Когда же ко всему еще и цены на нефть упали, произошел коллапс.
В футболе были случаи, как, например, с Алехандро Маркесом, которого отец не пустил в Венесуэлу U20, "потому что это опасно при нынешнем режиме".
Еще больше таких, как Джуниор Морено, который исчез, а затем возобновил профессиональную карьеру в США. Для сытых "янки" его рассказы как фэнтези:
"Быть футболистом в Венесуэле непросто. Там нужно сосредотачиваться не только на игре, но и на том, где бы купить поесть. Сложно выкладываться в этом стрессе. Бывало, я весь где-то стоял в очереди за курицей. А бывали целые недели, когда без нее обходился. В Венесуэле ты просто пытаешься дожить до следующего месяца".
Сестры Джуниора в Тампе и Майами; его тесть – в Орландо. Типичная венесуэльская семья времен Мадуро.
***
К 2019 году ситуация накалилась до максимума – либо "мы", либо "они".
Матч Каракаса и Сулии в Маракайбо на стадионе "Хосе Энкарнасьон Ромеро" так и не начался, несмотря на стартовый свисток. Игроки пожали друг другу руки и, разговаривая, ушли с поля.
Незадолго до этого вся Венесуэла осталась без электричества, и это была такая форма протеста.
На тот момент уже и Дудамель, и крупнейшие звезды сборной Саломон Рондон и Томас Ринкон раскритиковали правительство Мадуро, которое ко всем грехам еще и выборы сфальсифицировало. Лидер оппозиции Хуан Гуайдо не сдался – и в стране образовалось два центра власти.
"Мы" или "они".
И поскольку жизнь сурова, то победили "они".
В критический момент Мадуро выручили Россия и Китай, которые разогнали протест, накормили голодающее население, остановили свободное падение экономики. Гуайдо уехал в эмиграцию, не удержался на посту и Дудамель.
С 2020-го началась новая Венесуэла – не хаотичная, а тотально контролируемая. Не без помощи китайцев правительство ввело "Carnet de la Patria" – что-то типа ID-карты, без которой бедняки не могли получить соцпомощь; читай, мешок продуктов.
Ну, а на этой карте все – ходил ли на антиправительственные митинги, был ли на выборах, какие сайты посещал.
Комментарии тамошней прессы на этом фоне резко изменились.
"Венесуэла в последние годы страдала от проблем, не связанных с футболом. Сегодня все улучшилось. Мы на правильном пути. Мы правильно готовимся, у нас идеальная логистика. Игроки не имеют никаких жалоб и могут сосредоточиться на игре", – убеждал Хайро Роблес с радиостанции Sports 96.7fm.
Ложь, конечно.
В 2021 году португалец Жозе Пезейру ушел в отставку из сборной после того, как ему и штабу год не платили зарплату.
Что касается клубов, то они действительно зажили сытнее, но что это были за клубы? Все финансируемые государством; часто – силовиками.
В Венесуэле боялись называть имя Александра Артеаги – шефа военной контрразведки (DCGIM), который, по слухам, лично пытал врагов режима. И вот этот Артеага, например, возглавил столичный Универсидад Сентраль.
Сальваторе Симеоне – экс-скаут Марсело Бьелсы в Лидсе, а ныне спортдир венесуэльского Карабобо, рассказывает:
"Лига, безусловно, улучшилась, но футбол до сих пор тесно связан с политической ситуацией в стране. Уровень частного капитала здесь низкий. Последние 20 лет он выживал только благодаря государственному финансированию. В Карабобо есть помещение, скауты, администрация, юристы. Наша структура похожа на настоящий клуб. Но не у всех так..."
Да-да, это началось еще при Уго Чавесе – идейном отце Мадуро.
В то время Венесуэла еще напоминала приличное государство, но с коммунистами всегда один и тот же сценарий. Однажды им больше некого грабить – и тогда либо коллапс, либо концлагерь.
Венесуэла пережила и то, и другое.
В последнее время разве что футбольная сборная дарила людям искренние эмоции. На Копа Америка-2024 она заняла 5-е место, выиграв 3 матча.
"Трудно объяснить, но в этой сборной есть что-то такое, что объединяет людей. Даже когда люди разделены, ради команды они объединялись за одним столом", – признается Симеоне.
***
Ему нормально – он промолчал. А вот Херсе Рейес – нет.
В марте 2024 года экс-футболист и тренер вратарей вышел на протест, когда Мадуро фальсифицировал очередные выборы – и оказался в руках DCGIM.
Рейес говорит, что хуже всего – это удары током и пытки водой.
Когда же он вышел, то бросил своих учеников и вместе с кузеном отправился в сторону США, где уже жил его брат.
"Венесуэльцев не принимают и часто возвращают на границах, поэтому мы шли тайными тропами мимо таможенных постов – "трочас", – говорит Рейес, который шел словно на Голгофу – по дебрям, где правят наркокартели, партизаны-марксисты и индейские племена.
И он дошел.
29 апреля 2024-го они с кузеном добрались до Мехико, а 1 сентября США разрешили им пересечь границу. Оставалась только формальность – собеседование:
"Агенты ничего не знали о футболе и подумали, что моя татуировка – знак картеля. Я же сделал эту татуировку, поскольку моя любимая команда – Реал Мадрид, у которой корона на вершине круга символизирует мяч, поэтому я ее и сделал".
Рейеса посадили в тюрьму, а когда еще и Трамп стал президентом, то отправили аж в Сальвадор как "особо опасного преступника":
"Нас вывели из самолета дубинками. Надели наручники. Побрили головы, раздели догола, избили и заперли в камерах, где на стенах кровь, а на полу рвота. Мы ели руками, и там же справляли нужду. Вода – только теплая из крана. Охранники нас били, потому что им это нравилось. Нам даже не говорили, который час".
Раньше он мечтал вырваться из Венесуэлы, но когда чиновники из Каракаса приехали забрать "своих" домой, плакал от счастья.
Дома Рейес снова тренировал детей-вратарей, когда один его палач захватил другого. Как думаете, на чьей он стороне?
Таких, как Херсе, в США еще 600 000 – говорят, им всем теперь грозит депортация.
Жизнь – сложная, не черно-белая штука.
А тем временем профессиональный футбол Венесуэлы в основном празднует.
"Режим, который был у власти, ушел. То, к чему стремился каждый честный венесуэлец, произошло. Только бы в процессе не пострадали невинные люди", – говорит экс-нападающий Шахтера Келси.
Он верит, что в спокойной атмосфере и с умелым тренером им под силу наконец дебютировать на чемпионатах мира – последними из КОНМЕБОЛ.
Хотя это так, программа-максимум.
Прежде всего Венесуэла ждет развития и мира – как с миром, так и внутри страны.
"Какое ужасное было чувство – быть здесь, пока людей пытают и убивают", – говорит Кервин Андраде из Маккаби Тель-Авив. "Я люблю тебя, Венесуэла! И я хочу видеть тебя свободной!"
