"Роб не убивал себя. Это все болезнь": 17 лет со дня самоубийства вратаря сборной Германии Роберта Энке

10 ноября каждого года в немецком футболе – это время вспомнить о самых темных сторонах профессии.

Давление, критика, пребывание в центре внимания даются легко, к сожалению, не всем.

О проблемах Роберта Энке его тренеры знали давно и, казалось, они научились их контролировать. У вратаря были все шансы поехать основным на Мундиаль-2010 в составе Бундестим, но тогда...

Был вечер, высокая скорость. Машинисты поезда не могли избежать трагедии.

Энке было всего 32 года.

***

Роберт Энке рос в раздевалке гладбахской Боруссии, где в середине 1990-х собрались сложные характеры.

Штефан Эффенберг – гений паса, показавший средний палец болельщикам собственной сборной.

Легендарные уже шведы Мартин Далин и Патрик Андерссон никогда не чистили свои бутсы – для этого у них были молодые.

Уве Кампс на воротах – лайт-версия Оливера Кана, но с теми же манерами.

Слабак? Тебе конец.

Из той раздевалки перспективный нападающий Марко Вилья уехал сразу в Австрию, его карьера развалилась на старте. Еще был Себастьян Дайслер, закончивший с футболом в начале 2000-х из-за проблем с психикой.

Ну, и Энке...

Сначала он боялся – а что, если не примут? Раскусят? Не признают своим?

Далее же, когда старшие разъехались и нашлось место в основе, как назло развалилась команда, и Энке, несмотря на все старания, вынимал из ворот то 7 голов, то 8. Как тут сохранять позитивный настрой? 

Вдобавок, когда Боруссия посыпалась, руководство искало способы подзаработать перед вылетом из Бундеслиги, а за Робом как раз обратился Юпп Хайнкес, возглавивший тогда Бенфику. По сути, "Жеребцы" сами уговорили его подписаться еще до завершения сезона, а потом сдуру об этом объявили.

Когда Энке вышел на следующую игру с Байером, в него полетел мусор, монеты, все.

"Что ты забыл на нашем поле, предатель?!" – орали трибуны.

"Но вы же меня предали. Вы подставили", – говорил он сам уже приватно владельцам клуба.

Но именно так работает профессиональный футбол. Здесь нельзя позволить себе слабость, как бы тобою ни играли. Слабак? Тебе конец.

***

А Энке, тем временем, неподвижно лежал в гостиничном номере через час после презентации в Бенфике.

"Я не могу! Не могу здесь оставаться! Это не сработает!" – он повторял это, как безумец.

Что оставалось? Его девушка и агент рассказали о панической атаке Хайнкесу, и тот разрешил Энке вернуться на неделю домой, в Германию, а сам на всякий случай подписал аргентинца Карлоса Боссио.

Как ни странно, появление конкурента успокоило Роба.

А еще больше – приход из молодежки 17-летнего Жозе Морейры, который взял Энке в наставники, отвлекая того от дурных мыслей.

"Я тренировал множество игроков за свою карьеру, и как тренер ты всегда особенно хорошо ладишь с теми или другими парнями. И вот если меня спрашивают, кто мой идеальный профессионал, я всегда говорю – это Роберт Энке и Фернандо Редондо. Не просто талантливые игроки, а еще и особенные люди – воспитанные, умные, общительные", – делился потом Хайнкес.

Много лет спустя он тоже не мог поверить во все случившееся.

Тогда, в 1999-м в Бенфике, они были счастливы.

Да и потом, когда Юпп переехал в Бильбао, все последующие тренеры "Орлов" ценили Энке и непременно ставили в старт – среди прочих, например, и Жозе Моуринью.

В 2001-м Роба звали в свои суперкоманды одновременно Арсен Венгер и Алекс Фергюсон, однако он отказался – боялся потерять зону комфорта, которую с таким трудом нашел.

Кто знает, может, он бы и не ушел никуда, если бы Бенфика вовремя платила зарплату, с чем в ту эпоху было туго.

А так...

Одна из многих фатальных ошибок.

***

В 2002-м Энке согласился на переход в худшую Барселону в новейшей истории.

Ривалдо ушел, Фигу ушел, Гвардиола, а он... пришел.

А уже с порога Луи ван Гал объявил, что "не хотел тебя, парень, это директора мне тебя подсунул". Он совершенно не знал новичка и хотел так его мотивировать. Какая катастрофа...

Девушка Энке, Тереза, уже стала его женой, когда они впервые пошли к психологу.

Это было как раз после Новельды.

Страшная сенсация! Аматоры выбили Барселону из Кубка Испании, и третий гол привез именно Роберт, который в Ла Лиге проигрывал конкуренцию Роберто Бонано, а тут получил шанс.

Франк де Бур орал на него аж от центрального круга, и Энке будто уменьшался на глазах. Он не спорил, смотрел в одну точку.

Барселона не подходила ему ни по темпераменту, ни даже стилистически. Здесь требовали часто выбегать из ворот, а он-то привык играть на линии, по-олдскульному. Так, как юный Виктор Вальдес, он не мог.

"Мир рухнул вокруг меня. Я смотрел на мяч, залетевший в ворота, и понимал – это конец. Я всех подвел. Теперь они знают, что мне здесь не место. Я не могу дышать", – писал он в дневник.

Но кто читал? Ни Ван Гал, ни его преемник Антич.

Слабак? Ну все, тебе конец.

Энке глубоко засел в запас, и оттуда его попытался вытащить в Фенербахче Кристоф Даум в 2003-м. Новая среда, партнеры, немецкий тренер – ну, давай!

Но Роберт завалился уже в дебюте – 0:3 против Истанбулспора, ключевая ошибка, и в него полетели пивные бутылки от своих же фанатов:

"Я просыпаюсь утром, и парализующая мысль: "Это же снова тренировка. Что, если я снова ошибусь?" От нее немеют руки".

И он сбежал. Самовольно покинул лагерь Фенера и вернулся в Барселону, хотя это обернулось для всех судами и финансовыми потерями.

Энке был на грани.

Барса тоже дошла до важного распутья – вот-вот должна была начаться эпоха Райкарда, Роналдиньо, Деку; уже дебютировал в спарринге юный Месси.

В оптимальной форме Энке был лучшим вратарем, чем Вальдес, но как было на него положиться? А вдруг снова сорвется? Поэтому его отдали в в общем-то успешную аренду на Тенерифе, а оттуда Роб в 2004-м вернулся в Бундеслигу, в Ганновер. В его жизни наконец-то забрезжил луч света – Тереза забеременела.

***

Трудно постичь, как жестоко с ним обошлась тогда судьба.

Еще во время беременности родителям сказали, что с ребенком что-то не так; лучше сделать аборт.

Поколебавшись, они отказались – и Лара родилась в конце 2004-го с пороком сердца, который устраняли несколькими операциями, после чего младенец потерял слух.

Будто убегая от еще более худшей реальности, Энке тренировался как сумасшедший. В сезоне-2005/06 он выступил настолько хорошо, что Kicker признал его лучшим кипером Бундеслиги. Не в Баварии или Боруссии, а в Ганновере!

Параллельно они с женой превратили свою ферму в приют для бездомных животных; даже двух лошадей спасли.

Но судьба все равно не сжалилась. После очередной операции Лара умерла, прожив едва 2 года.

"Мы думали, что со всем справимся. Мы думали, что с любовью всегда найдется выход. Но иногда просто не удается справиться. Понимаете?" – еще как, Тереза, еще как.

Она до сих пор не любит ходить на стадионы. Говорит, что всякий раз вспоминает ритуалы Роба, его "пятюню" болельщикам за воротами.

"Когда человек в тяжелой депрессии – первое, чего ему хочется, это куда-то сбежать", – говорит психолог Ганновера Андреас Марловиц.

Он наблюдал все вблизи.

После потери дочери убежищем для Энке стал футбол. В 2007-м Роб уже официально стал Вратарем года, дебютировал за национальную сборную и показывал лучшую игру в жизни. 

Параллельно они с Терезой удочерили 3-месячную Лейлу, чтобы как-то заполнить пустоту, возникшую в их доме.

И все шло вроде бы хорошо...

Он заслужил еще один шанс. Ни один партнер или даже соперник Энке не отзывался о нем плохо. Спокойный, интеллигентный, чуткий. В апреле 2008-го, когда 19-летний еще Свен Ульрайх был уничтожен фанами Штутгарта за провал против Байера, он нашел номер и позвонил, чтобы поддержать:

"Когда я положил трубку, у меня мурашки по коже побежали. На тот момент я сыграл всего пару матчей, жил с родителями..."

И, пожалуй, Энке поехал бы основным вратарем Германии на ЧМ-2010, ведь Рене Адлер травмировался, а Мануэля Ноера считали слишком неопытным...

Кто же знал?

***

"Я снова в этой темноте. Снова этот голос говорит мне, что я ничего не стою как отец, как муж. Я боюсь сделать шаг, но должен идти на тренировку. Если я не пойду, если сдамся, они отберут у нас Лейлу. Психически больной не может быть отцом", – за кадром скрывалась сплошная тьма.

17 лет назад, 10 ноября 2009-го Энке выехал из дому будто бы на тренировку, весь день ездил по городу, а потом припарковался у железнодорожного переезда...

"Когда мы узнали, то были слишком шокированы, чтобы говорить. Вся команда молчала 20 минут", – признается менеджер сборной Оливер Бирхофф.

Германия тогда как раз готовилась сыграть с Чили – спарринг, который Энке пропускал из-за кишечного вируса – и им позвонили прямо на стадион.

Матч, конечно же, отменили.

Поезд не мог затормозить вовремя на скорости 160 км/ч, и от их друга остались одни воспоминания – на фото, видео, в памяти.

"Когда он был в острой депрессии, я старалась быть рядом. Я говорила, что футбол – еще не все; что есть множество прекрасных вещей, и жизнь небезнадежна. Это я не смогла", – убивалась вдова.

Только спустя годы она признала: "Робби не убивал себя. Это болезнь его убила".

Тереза посвятила оставшуюся жизнь Фонду Энке, помогающему спортсменам с такими же проблемами. По статистике, депрессия поражает каждого десятого, а от тяжелой, клинической депрессии страдает каждый двадцатый взрослый, так что от клиентов отбоя нет.

Внесла вклад и книга Рональда Ренга "Жизнь, оборвавшаяся слишком рано". Написанная на основе дневника Энке, она собрала немало наград и громко просигнализировала миру о проблеме, которую раньше замалчивали; считали "немужской".

Вдруг оказалось, что на поле играют с мячом не роботы, не фишки и не бездушные горы мышц, а живые люди – в том числе, и "слабаки", которым конец без своевременной помощи.

Да-да, конец. Буквально.

Так что будем же осторожнее, господа! Мы, болельщики, тоже часть этой игры. А что, если именно ваше оскорбление подтолкнет кого-то к железнодорожному переезду?

Не забывайте несчастного Роба Энке!

И еще при всяких обстоятельствах, даже в самую темную ночь, обязательно сохраняйте надежду, которая, по словам великого Вацлава Гавела, не является убеждением, что все закончится хорошо, но есть уверенностью, что оно имело смысл независимо от финала.

Телеграм-канал автора: Футбольные истории